Литература
8 класс

Жанр и художественная идея романа «Капитанская дочка»

Внешне «Капитанская дочка» похожа на «семейственные предания», высоко ценимые Пушкиным. Все события переданы через взгляд Гринёва, ведущего записи, и поучительны для его внука, то есть современника Пушкина, а значит, и для современного ему дворянства. Пушкин и многие исследователи его творчества называли «Капитанскую дочку» романом; сам поэт определял роман как «историческую эпоху, развитую в вымышленном повествовании».

Однако существует иная точка зрения, согласно которой «Капитанская дочка» — это лирическая повесть с яркой и сильной исторической основой.

    Роман - эпический прозаический жанр, в котором воссоздаётся всесторонняя картина целого уклада жизни, развёрнутая в сложное и завершённое в себе действие, стремящееся к драматичности и замкнутости.

    Повесть - эпический прозаический жанр, по объёму меньший, чем роман, но больший, чем новелла или рассказ. В сюжете повести охватывается определённая цепь эпизодов (событий), тяготеющих к хроникальное.

Работая над «Историей Пугачёва» и «Капитанской дочкой», Пушкин отчётливо понял: союза дворянского сословия с крестьянством быть не может. Вместе с тем единственную силу, способную к государственному управлению в России, он видел в дворянстве. Это социальное противоречие с огромной художественной силой проявилось в романе. Один из исследователей творчества А.С. Пушкина Ю.М. Лотман отмечал: «Вся художественная ткань „Капитанской дочки" отчётливо распадается на два идейно-стилистических пласта, подчинённых изображению миров — дворянского и крестьянского. Было бы недопустимым упрощением, препятствующим проникновению в подлинный замысел Пушкина, считать, что дворянский мир изображается в повести только сатирически, а крестьянский — только сочувственно, равно как и утверждать, что всё поэтическое в дворянском лагере принадлежит, но мнению Пушкина, не специфически дворянскому, а общенациональному началу».

Образный мир «капитанской дочки»

Художественная идея романа сосредоточена в его эпиграфе, народной пословице «Береги честь смолоду». Она выражается через раскрытие образов практически всех основных персонажей произведения - - Гринёва и Швабрина, Пугачёва и капитана Миронова.

«Центральной фигурой произведения является Пугачёв. К нему сходятся все сюжетные линии повести. Любовная интрига „Капитанской дочки", отношения между Машей Мироновой и Гринёвым имеют существенное значение лишь потому, что сюжетно мотивируют кульминационный момент «странных» отношений Гринёва и Пугачёва: фактически самовольную (пол покровом случайности) явку верного своему воинскому долгу дворянина, офицера правительственных войск, в стан Пугачёва за помощью», — пишет исследовательница романа Пушкина Е.Н. Купреянова.

Иллюстрация к роману А.С. Пушкина «Капитанская дочка»

Иллюстрация к роману А.С. Пушкина «Капитанская дочка» - гравюры на дереве Н.В. Фаворского

Пугачёв Пушкина — талантливый предводитель стихийного движения, первый полнокровный народный характер в творчестве Пушкина и в русской литературе в целом. Не идеализируя своего героя, показывая его жёстким, а в отдельные минуты - страшным, Пушкин одновременно подчёркивает важнейшие его качества: целеустремлённость и силу воли, умение помнить и ценить добро, готовность в трудную минуту прийти на помощь и, что может показаться странным на первый взгляд, — справедливость. Характерны в этом плане его поступки по отношению к Швабрину, Гринёву, Маше Мироновой. Фигур, близко стоящих к этому характеру, в «Капитанской дочке» ни среди ближайших сподвижников Пугачёва, ни среди его противников нет. В какой-то мере Пугачёв в восприятии Пушкина — личность одинокая и трагическая: он осознаёт тщетность своего предприятия, понимает неизбежность своей гибели. Но отказаться от бунта не может. Попять мотивы его поведения, его отношение к происходящему помогает мораль калмыцкой сказки, которую он рассказывает Гринёву: «...чем триста лет питаться падалью, лучше раз напиться живой кровью, а там что Бог даст!»

Вполне ординарным, по сравнению с Пугачёвым, выглядит Пётр Андреевич Гринёв, но именно это восприятие вполне соответствует пушкинскому замыслу. Пугачёв — историческая личность, значимая и исключительная. Фигура Гринёва — вымышленная и обыкновенная.

Имя Гринёва (в черновой редакции он назывался Буланиным) выбрано не случайно. 10 января 1755 года было объявлено об окончании процесса над Пугачёвым и пугачёвцами. Имя подпоручика Гринёва значится в ряду тех, кто «находились под караулом, будучи сначала подозреваемы в сообщении с злодеями, но по следствию оказались невинны».

Гринёв — представитель обедневшей дворянской знати екатерининских времён, принадлежностью к которой Пушкин гордился и об «уничижении» общественного положения которой сожалел.

С первого взгляда некий «маменькин сынок», которого нельзя никуда отпускать без постоянного присмотра дядьки Савельича, этакий несмышлёныш и недоросль, Гринёв впоследствии предстаёт перед читателем человеком, способным на неординарные поступки (эпизод с тулупом, подаренным «вожатому»). Именно эта самостоятельность, а не только сам факт дарения заячьего тулупчика, как оказалось, выделяют Гринёва из многих. Он способен не просто искренне любить, но и идти до конца в борьбе за своё чувство, за честь и достоинство и своё, и любимой девушки. В этой борьбе он вновь проявит своё умение, никого не предавая, принимать самостоятельные решения и нести за них ответственность. Его приход к Пугачёву не выглядит предательством в сравнении с поступками Швабрииа и по отношению к присяге и долгу перед Отечеством.

Есть ещё и скрытая от первого взгляда черта характера Гринёва. Роман написан от его имени, его рукой. Это его записки для внука, и в них Пётр Андреевич Гринёв не выставляет себя лучше, чем он был на самом деле. Он правдив и норой беспощаден к самому себе: в оценках, в передаче поступков, в характеристике мыслей.

Волею судеб втянутыми в водоворот событий оказываются милые сердцу Пушкина старички: слуга Савельич, капитан Миронов и бесконечно преданная ему жена.

Безусловно, Савельич, к которому Гринёв относится с нежной любовью и теплотой, не мог быть иным. Слишком тёплые воспоминания оставили в сердце Пушкина его «мамки и няньки»: и Арина Родионовна, и дядька Никита Козлов, хранивший ему искреннюю преданность всю жизнь. Дядька умел совершать поступки, которые Пушкин ценил. Когда-то в Петербурге, сразу после Лицея, когда барин настроил против себя государя своими «возмутительными» стихами, Никита Козлов в отсутствие Александра не пустил в квартиру жандармов с обыском: «Барина нет дома, а без него никак нельзя».

Обижаясь иногда на строгого Савельича, ворча на его брюзжание, «лишние» хлопоты, Гринёв, однако, платит дядьке своему искренней, почти сыновней любовью. Любовью за любовь.

Тепло относится Гринёв и к семье Мироновых. Материалы для сюжета романа, в частности о семействе коменданта крепости, Пушкин мог почерпнуть и из рассказов И.А. Крылова, детство которого прошло в Яицком городке и в Оренбурге. Образ капитана Ивана Кузмича Миронова, скромного и незаметного офицера захолустного гарнизона, но твёрдого и благоразумного начальника, возвышающегося до подлинного героизма в пору осады крепости, подсказан был, вероятно, воспоминаниями баснописца о его отце, капитане Андрее Крылове, офицере осаждённого пугачёвцами Яицкого городка.

С величайшим уважением выписан и характер капитанши Василисы Егоровны Мироновой. При первой встрече с Гринёвым она предстаёт старушкой «в телогрейке и с платком на голове. Она разматывает нитки» — этакий классический патриархальный образ. На самом деле Василиса Егоровна Миронова — фактический начальник крепости, ей, по доброте душевной, подчиняется в быту и капитан Миронов, и все служилые в гарнизоне. И в решительную минуту от этого не становится стыдно и горько.

Вот героическая и трагическая сцена, в которой раскрывается её настоящий характер: «Несколько разбойников вытащили на крыльцо Василису Егоровну, растрёпанную и раздетую донага. Один из них успел уже нарядиться в её душегрейку. Другие таскали перины, сундуки, чайную посуду, бельё и всю рухлядь. „Батюшки мои! — кричала бедная старушка. — Отпустите душу на покаяние. Отцы родные, отведите меня к Ивану Кузмичу". Вдруг она взглянула на виселицу и узнала своего мужа. „Злодеи! — закричала она в исступлении. — Что это вы с ним сделали? Свет ты мой, Иван Кузмич, удалая солдатская головушка! Не тронули тебя ни штыки прусские, ни пули турецкие; не в честном бою положил ты свой живот, а сгинул от беглого каторжника!" „Унять старую ведьму!" — сказал Пугачёв. Тут молодой казак ударил её саблею по голове, и она упала мёртвая на ступени крыльца».

«Имя девицы Мироновой, — отмечал Пушкин в письме цензору П.А. Корсакову, — вымышленно. Роман мой основан на предании, некогда слышанном мною, будто бы один из офицеров, изменивших своему долгу и перешедших в шайки Пугачёвские, был помилован императрицей по просьбе престарелого отца, кинувшегося ей в ноги. Роман, как изволите видеть, ушёл далеко от истины».

Маша Миронова — скромная, застенчивая, молчаливая девушка. Воспитанная в христианском духе, она уважает мать и отца, без жеманства и кокетства ведёт себя при гостях-офицерах, с достоинством и смирением переживает все происходящие события. Испытывая сердечную склонность к Гринёву, Маша не даёт своего согласия на брак без благословения его родителей. Чувствительная и кроткая Маша, при звуках выстрелов падающая в обморок, в трудный момент жизни, ради спасения любимого человека совершает решительный и смелый поступок. Маша — духовно-нравственная точка отсчёта в романе, названном в её честь. У императрицы она просит милости, а не правосудия. Это очень важная для Пушкина тема. В основе позиции писателя лежит утверждение человечности как высшего нравственного закона. Именно поэтому его главные герои не погибают: Машу спасает Пугачёв, который поступает так, как ему велят не политические соображения, а человеческое чувство. Помилование Гринёва — в руках императрицы, следующей не схематичному закону, а милосердию.

Пушкин не был идеологом крестьянской революции; он был далёк от того, чтобы «звать Русь к топору». Своим романом он предупреждает современников и потомков о том кровавом беспределе, который всегда наступает с бунтом, о его деспотичности и ненужности. Пушкин сам выведет эту точную формулу-предупреждение: «Не приведи Бог увидеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный».

 

Рейтинг@Mail.ru