Литература

Древнерусская литература

Интерес к родной истории ведёт к расцвету летописания1, исторических повестей и, наконец, хронографов — обширнейших сочинений по всемирной истории, заканчивавшихся обычно кратким изложением событий русской истории.

В этот же период развиваются сношения с другими странами — с Византией, с Болгарией и Сербией. Новгородцы описывают свои путешествия в Византию. На Русь приезжают сербские и болгарские писатели, во множестве привозятся переводные сочинения и делаются новые переводы произведений исторических, богословских, природоведческих. Создаются произведения, рассчитанные просто на занимательность.

Мы привыкли, чтобы произведения, которые мы читаем, были занимательными. Занимательность же для нас в основном связана с быстрым развитием сложной фабулы2. Писатели Древней Руси тоже, конечно, стремились заинтересовать читателя. Но фабула их произведений проста, повествование ведётся спокойно, неторопливо.

Люди Древней Руси читали книги не спеша, перечитывая одно и то же произведение по нескольку раз, благоговейно ища в нём наставлений, советов либо изображения значительных событий из истории своей страны или других стран. Недаром книги образно сравнивались с глубиной морской, а читатель — с искателем жемчуга.

В древнерусской литературе нет просто действующих лиц — есть герои, совершающие великие подвиги на поле брани или нравственного совершенствования. Подобно фольклору, литература останавливалась только на событиях исключительных, она не снисходила к читателю, а стремилась поднять его до своих вершин.

В литературе древней не было стихов, но была поэзия. Только образность этой поэзии иная, чем в Новое время, нам надо к ней привыкнуть, понять её. Образы рождались как бы сами собой. Мы бы сказали: «Приеду весной», а человек XI — XVII веков писал: «Приеду, как только на деревьях лист расцветёт». Древние авторы не писали, что кто-то много сделал для Родины, они писали: «Много пота утёр за Отчизну свою»; мы бы сказали: «Враги бежали», а древний книжник писал: «Показали плечи свои». Они любили гиперболы: имя Александра Невского3, по словам его биографа, было прославлено «по всем странам до моря Египетского и до гор Араратских». Древнерусские авторы часто прибегали к сравнениям: воины сравнивались с соколами, летящие стрелы — с дождём, враги — со свирепыми зверями.

Поэтичность древнерусской литературы в значительной степени связана с её близостью к устному народному творчеству. В наше время литература и фольклор строго разграничены. Писатели XVIII—XX веков обращаются к фольклору, но никогда не становятся сказителями. В древней русской литературе было иначе. Писатели, подобно сказителям, создавали эпические4 произведения. Эпичны не только начальные сказания «Повести временных лет», основанные на устных преданиях об Олеге, Игоре, Ольге, Владимире, о юноше-кожемяке и белгородских колодцах. Эпичны и более поздние произведения XV, XVI и даже XVII веков. Во многие повествования, которые являются образцами высокой риторики5, органично входят эпические части. Таков рассказ об Евпатии Коловрате в «Повести о разорении Рязани Батыем», о шести мужах храбрых в «Житии Александра Невского». В ткань многих произведений вплетаются народные песни, например в «Повесть о князе Скопине-Шуйском». Как лирическая песня построена литературная в своей основе «Повесть о Горе-Злочастии». А какие прекрасные народные плачи можно найти в летописях и повестях! Помимо плачей, в литературе звучат и прославления — «славы». Обрядовая поэзия была живым источником, к которому всё время обращались писатели.

Но не надо преувеличивать значение устного народного творчества в литературе Древней Руси. При всей близости к фольклору это была литература письменная (слово «литература» от латинского litera — буква), при этом литература очень высокая, искусная, художественная. Она возникла ещё в X веке вместе с принятием христианства на Руси под влиянием потребностей Церкви и государства.

С принятием христианства (988 год) из славянской Болгарии, переживавшей в то время культурный расцвет, на Русь были привезены книги. Часть книг переписывалась с болгарских на Руси. Древнеболгарский язык, называвшийся на Руси церковнославянским, потому что на нём писались богослужебные книги, был близок древнерусскому и хорошо понимался русскими читателями того времени. Церковнославянский язык, гибкий и тонкий, способный выражать самые сложные отвлечённые идеи, чрезвычайно обогатил древний русский язык, сделал его более выразительным. До сих пор в нашем языке живут синонимы: русское — глаза, славянское — очи; русское — небо, славянское — небеса и пр. Западные католические страны объединяла латынь, славянские страны — церковнославянский язык.

Нам древнерусская литература представляется особенно значительной, потому что в ней есть черты, созвучные нашей эпохе. Произведения нашей древности отмечены высокой гражданственностью, искренней любовью к Родине. Писатели, отделённые от нас многими веками, гордились величием Руси, её обширностью, красотой, «светлой светлостью и красной украшенностью» её полей и лесов, «дерзостью» (смелостью) русских людей, их высокими нравственными качествами. Истинный патриотизм древнерусских авторов проявлялся и в том, что они смело писали о недостатках и преступлениях князей.

Произведения Древней Руси пленяют целомудренной чистотой. Древнерусская литература не задерживается на описаниях жестокостей, не лелеет мечту о возмездии врагам. Она призывает к возвышенному, хорошему. В ней мы находим благородные идеалы. Почти каждый писатель Древней Руси мог бы, подобно А. С. Пушкину, сказать о себе, что он «чувства добрые» пробуждал своим творчеством. Он мог бы заявить вместе с Н. А. Некрасовым, что он «сеял разумное, доброе, вечное». Поэтому произведения древнерусских авторов так живо отвечают нашему времени и возросшей в нашей стране потребности добра и доброты.

Для древней русской литературы, как и для русской литературы в целом, характерно жизнеутверждение, светлость и ясность. Возьмём, например, наиболее трагичную «Повесть о разорении Рязани Батыем». Что может быть ужаснее! Войско разбито, все князья до единого полегли на поле брани, город взят, разграблен, сожжён, почти все жители перебиты. Остались только «дым, земля и пепел». Но в повести нет отчаяния, нет уныния. Самый плач о князьях русских — прославление их доблести, гордость за то, что такие князья были. И завершается повесть так: приезжает случайно оставшийся в живых один из рязанских князей, воздаёт должное убитым, хоронит их с честью, собирает оставшихся в живых жителей, восстанавливает город, и всё заканчивается всеобщим умиротворением. Эта стойкость духа поразительна.

Ещё одно свойство древнерусской литературы особенно привлекает в наше время: старинные русские писатели с глубоким уважением относились к другим народам, к их обычаям, их верованиям.

В Новой русской литературе XVIII—XX веков продолжаются лучшие традиции литературы древней. Однако древняя словесность имеет свои особенности, отличающие её от литературы Нового времени.

В искусстве слова Нового времени мы имеем дело с отдельными авторами, а древняя литература хотя и сохранила ряд имён писателей — Иларион, Нестор, Кирилл Туровский и многие другие, — но в целом была творчеством коллективным. Если в Новое время произведения классической литературы печатаются в том виде, в каком их написал автор, то произведения старинных писателей в течение веков изменялись разными переписчиками. Каждый новый переписчик то несколько сокращал текст, то стремился «украсить» изложение, то менял смысл нарисованной картины. Он приспосабливал труд своего предшественника к литературным вкусам и идейным требованиям своего времени. Так возникали новые виды или, как принято говорить, редакции одного и того же памятника.

В этих новых редакциях памятники древнерусской литературы жили, сохраняя в себе основные первоначальные черты и приобретая новые. Редкие памятники сохранились до нас в том виде, как они были впервые написаны, большинство из них дошло в более поздних «списках».

Древнерусская литература, в отличие от новой, не знала вымышленных героев или сюжетов. В древних повестях всегда действовали исторические лица, описывались исторические события. Даже если автор вносил в своё повествование чудесное, фантастическое, то это не был сознательный вымысел, потому что сам писатель и его читатели верили в правдивость описываемого. Сознательный вымысел появился лишь в литературе XVII века.

- - Д. С. Лихачёв, Т. Н. Михельсон - -

Вопросы и задания

  1. Как читали книги люди Древней Руси? Что явилось достижением древнерусской литературы? Кто были действующие лица этих произведений?
  2. Что было живым источником древнерусской литературы? Каковы в ней черты, созвучные нашей эпохе?
  3. Что характерно для древнерусской литературы? Назовите эти свойства. Какие события описывались в древнерусской литературе (вымышленные или исторические)?
  4. Специалисты по древнерусской литературе говорят об образности произведений. Вспомните примеры, которые они приводят. Как бы сказали герои древнерусской литературы вместо следующих выражений:

      «Приеду весной» —
      «Кто-то много сделал для Родины» —
      «Враги бежали» —

    Проверьте себя по статье. Составьте предложения, используя оба варианта.

  5. Постарайтесь пересказать текст статьи, активно привлекая лексику древнерусской литературы.

1Летописание, летопись — один из основных жанров древнерусской литературы; сообщения, описания событий; повествование велось по годам (рассказ каждого года начинался со слов «В лето...» —отсюда название «летопись»).

2Фабула (от лат. fabula) — рассказ, повествование о событиях.

3Александр Невский (1220—1263) — князь Новгородский, великий князь Владимирский. Победами над шведами (Ледовое побоище, 1242) обезопасил западные границы Руси.

4Эпические (от слова эпос) — большая группа повествовательных произведений, объединённых историко-героической тематикой.

5Риторика — наука о красноречии.

 

 

Рейтинг@Mail.ru