Литература
11 класс

Поэзия Пастернака
(краткое содержание)

«Февраль. Достать чернил и плакать!..»

      Февраль. Достать чернил и плакать!
      Писать о феврале навзрыд,
      Пока грохочущая слякоть
      Весною черною горит.

Лирический герой говорит о том, чтобы за «шесть гривен» достать «пролетку» и на ней перенестись туда, где «ливень / Еще шумней чернил и слез», туда, где с деревьев слетают «тысячи грачей», срываются в лужи.

      Проталины чернеют,
      И ветер криками изрыт,
      И чем случайней, тем вернее
      Слагаются стихи навзрыд.

Марбург

      Я вздрагивал. Я загорался и гас.
      Я трясся. Я сделал сейчас предложенье, —
      Но поздно, я сдрейфил, и вот мне — отказ.
      Как жаль ее слез! Я святого блаженней.

Лирический герой выходит на площадь. Он чувствует себя рожденным вторично — любая деталь окружающей обстановки, ранее незначительная, несла колоссальную нагрузку для его восприятия.

      Плитняк раскалялся, и улицы лоб
      Был смугл, и на небо глядел исподлобья
      Булыжник, и ветер, как лодочник, греб
      По липам. И все это были подобья.

Но он избегал взглядов, не замечал приветствий, не хотел никаких богатств.

      Инстинкт прирожденный, старик-подхалим,
      Был невыносим мне. Он крался бок о бок
      И думал: «Ребячья зазноба. За ним,
      К несчастью, придется присматривать в оба».

Инстинкт ведет его мудро, советует, как поступать.

      «Научишься шагом, а после хоть в бег», —
      Твердил он, и новое солнце с зенита
      Смотрело, как сызнова учат ходьбе
      Туземца планеты на новой планиде.

Одних людей «это все ослепляло», другим казалось тьмою. А в Марбурге жизнь шла своим чередом: «Кто, громко свища, мастерил самострел, / Кто молча готовился к Троицкой ярмарке».

      В тот день всю тебя, от гребенок до ног,
      Как трагик в провинции драму Шекспирову,
      Носил я с собою и знал назубок,
      Шатался по городу и репетировал.
      Когда я упал пред тобой, охватив
      Туман этот, лед этот, эту поверхность
      (Как ты хороша!) — этот вихрь духоты...
      О чем ты? Опомнись! Пропало. Отвергнут.

Гамлет

      Гул затих. Я вышел на подмостки.
      Прислонясь к дверному косяку,
      Я ловлю в далеком отголоске,
      Что случится на моем веку.

На лирического героя, исполнителя роли Гамлета, наставлены «тысячи биноклей». Ему нравится эта роль, замысел «упрямый». Но сегодня у него «другая драма», и играть эту роль он не будет.

      Но продуман распорядок действий,
      И неотвратим конец л ути.
      Я один, все тонет в фарисействе.
      Жизнь прожить — не поле перейти.

«Во всем мне хочется дойти...»

      Во всем мне хочется дойти
      До самой сути.
      В работе, в поисках пути,
      В сердечной смуте.

Герой хочет дойти «до сущности протекших дней», до их причины, так, чтобы все время «схватывать нить» событий и судеб. Ему хочется «жить, думать, чувствовать, любить, /Свершать открытья», понимая их причины и следствия. Тогда, возможно, ему бы удалось вывести некую закономерность происходящего.

      Я б разбивал стихи, как сад.
      Всей дрожью жилок
      Цвели бы липы в них подряд,
      Гуськом, в затылок.

      В стихи б я внес дыханье роз,
      Дыханье мяты,
      Луга, осоку, сенокос,
      Грозы раскаты.

Лирический герой приводит в пример Шопена, который сумел вложить в свои этюды жизнь «фольварков, парков, рощ, могил».

      Достигнутого торжества
      Игра и мука —
      Натянутая тетива
      Тугого лука.

Зимняя ночь

      Мело, мело по всей земле
      Во все пределы.
      Свеча горела на столе,
      Свеча горела.

На пламя слетались хлопья снега и прилипали к оконной раме, а метель рисовала на стекле окна «кружки и стрелы».

      На озаренный потолок
      Ложились тени,
      Скрещенья рук, скрещенья ног,
      Судьбы скрещенья.

      И падали два башмачка
      Со стуком на пол.
      И воск слезами с ночника
      На платье капал.

Весь мир терялся в «снежной мгле».

      Мело весь месяц в феврале,
      И то и дело
      Свеча горела на столе,
      Свеча горела.

Поэзия — мир, понятый по-новому

Д. С. Лихачев писал: «Хорошо известны слова Пастернака: “Быть знаменитым некрасиво”. Это означало, что поэзия, творчество поэта были у него отделены от поэта-человека. Известными и “знаменитыми” должны быть только стихи. Так же точно и рукописи стихов отделены от самих стихов. Над рукописями не надо трястись, хранить их. Пастернак существует в поэзии, и только в поэзии: в поэзии стихотворной или в поэзии прозаической. Поэзия Пастернака — это... тот мир, который снова и снова возвращает его к настоящей действительности, по-новому понятой и возросшей для него в своем значении».

Пастернак — поэт ассоциаций. Уже в ранних стихотворениях 1910-х гг. появляются основные черты, присущие поэтическому видению мира Пастернака — мира, где все настолько переплетено и взаимосвязано, что любой предмет может вбирать признаки другого, а события и чувства передаются с помощью будто бы случайного набора неожиданных ассоциаций, пронизанных эмоциональным напряжением. С помощью этих ассоциаций события и чувства сливаются:

      И чем случайней, тем вернее
      Слагаются стихи навзрыд.

Открытие Пастернака в том, что он запечатлевает мир, в котором воплощена красота Божьего замысла, мир, который дан ему «в вечную зависть», мир, который нужно каким-то образом охватить и воплотить.

Образ окружающего мира и способ его передачи находят наиболее полное воплощение на страницах третьей книги стихов «Сестра моя — жизнь» (1922), посвященной лету 1917 г., между двумя революциями. Книга эта — своеобразный лирический дневник, где за стихотворениями на темы любви, природы и творчества почти не видно конкретных примет исторической эпохи. Но сам поэт утверждал, что в этой книге «выразил все, что можно узнать о революции самого небывалого и неуловимого». Поэт считал, что революцию должна описывать не историческая хроника в стихотворной форме, — она должна быть передана в лирике путем воспроизведения жизни людей и природы, охваченных событиями вселенского масштаба.

По Пастернаку, задача поэта состоит в том, чтобы запечатлеть мгновение, которое сопоставимо с вечностью, в которое проецируется вечность. Поэт должен изобразить неисчерпаемость мгновения:

      Никого не будет в доме,
      Кроме сумерек. Один
      Зимний день в сквозном проеме
      Незадернутых гардин.

      Только белых мокрых комьев
      Быстрый промельк моховой,
      Только крыши, снег, и, кроме
      Крыш и снега, никого.


Рейтинг@Mail.ru