Литература
10 класс

Периодизация исторического и литературного развития

Границы исторического и литературного развития России во второй половине XIX века не совпадают. Историческое развитие во второй половине XIX века начинается с 1855 года и заканчивается 1914 годом. Как писала в «Поэме без героя» А. А. Ахматова, вспоминая 1913 год,

    Словно в зеркале страшной ночи
    И беснуется и не хочет
    Узнавать себя человек,
    А по набережной легендарной
    Приближался не календарный —
    Настоящий Двадцатый Век.

Литературное развитие второй половины XIX века берет начало примерно с 1852 года. Оно подготовлено и набирает силу в период так называемого «мрачного семилетия» (1848—1855). Окончание литературного развития относят обычно к 1890-м годам, когда на литературную сцену вышло новое поколение писательской молодежи, провозгласившее устами Д. С. Мережковского и Н. М. Минского новые художественные принципы. Независимо от них сходные идеи были практически реализованы в стихотворных сборниках «Русские символисты» В. Я. Брюсова, с которых начался новый период русской словесности.

Мировая история во второй половине XIX века насыщена большими политическими событиями. Мир сотрясают революции в Европе (1848—1849, 1871), Гражданская война в США, национальные восстания в Индии и в Китае, напряженная ситуация в России. В это время завершилось объединение Германии и Италии. Уступив в войне с Пруссией, Австрия вынуждена согласиться на образование Австро-Венгрии. При этом положение славянских народов в империи Габсбургов оставалось тяжелым, и их освободительная борьба не прекращалась. Вместе с тем нескольким странам не без помощи России удалось освободиться от иноземного ига. Так, Османская империя (Турция) теряет свои территории, в частности Болгарию, обретшую независимость в 1878 году. Объединение дунайских княжеств приводит к образованию независимой Румынии.

В России, потерпевшей поражение в Крымской войне, назревают крупные преобразования во всех областях: готовится и осуществляется отмена крепостного права, разрабатываются и вскоре принимаются судебные реформы, наступает эпоха гласности, уменьшается цензурный гнет, страна получает первые гражданские свободы.

Если в Европе и в Америке побеждают буржуазные отношения, то в Азии (Турция, Иран, Корея) им далеко до победы. Лишь в Японии в 1868 году начались буржуазные преобразования.

С начала 1870-х годов в мире происходит бурный рост промышленности, товарно-денежных отношений. Европа покрывается мощной сетью железных дорог, которые вместе с пароходным сообщением сближают страны и отдаленные точки земного шара. Расцветает мировая торговля, приобретая неслыханный дотоле размах.

Вместе с тем между странами, сравнительно давно вступившими на капиталистический путь, и новыми, еще только пытающимися завоевать себе место под солнцем, обнаруживаются глубокие противоречия, приводящие к войнам. Германия вступает в войну с Францией и наносит ей поражение. В это время возникают и гибнут мировые империи. США теснят Англию, Германия и Япония включаются в колониальный дележ территорий. В конце века Германия захватывает огромные территории в Африке.

Таким образом, во второй половине XIX века в странах Европы, в США и некоторых странах Азии установился буржуазный порядок. Если в странах Европы ломка феодальной системы была практически завершена, то в России она вступила в самый острый и болезненный период: начавшиеся буржуазные преобразования проходили не столь быстро и последовательно, с задержками, отступлениями, встречая противодействие и со стороны народа, и со стороны властей. «Порвалась цепь великая, Порвалась,— Расскочилася: Одним концом по барину, Другим — по мужику!..» — писал Некрасов в поэме «Кому на Руси жить хорошо».

В области науки и техники вторая половина XIX века богата крупными событиями. Жизнь становится все более динамичной благодаря научным открытиям Дарвина, Менделеева, Эдисона, Пастера, Коха и других ученых. Казалось, что человеческому уму нет преград и он не только победит страшные болезни, но и раскроет все тайны вселенной. Однако впечатляющие успехи науки и техники неожиданно встречают внутренние препятствия.

После революций 1848—1849 годов культурные слои европейских наций охватывает глубокий и затяжной духовный кризис. Он объясняется тем, что победившая буржуазия уже не хотела никаких революций, никакого радикального переустройства внутри самих государств. Она довольствовалась возможным и не дерзала заглянуть за его грань. Если во время схватки буржуазии с силами феодализма человек чувствовал себя участником истории, то теперь ему было отведено более чем скромное место. По существу, он был отодвинут от истории или выкинут из нее. Все основные события в политической и экономической жизни общества проходят без его непосредственного участия. У народов и их культурных слоев создается представление, что таков окончательный итог истории, содержание которой стало мелким и зашло в тупик, не оставив для людей никаких других связей, кроме чисто денежных, меркантильных, лавочных отношений. Жизнь ощущается беспросветной и тусклой «прозой», в которой главный интерес сосредоточен в сфере физических и физиологических потребностей человека. Духовное наполнение жизни, гуманистические идеалы, «поэзия» — все это померкло перед лицом торжествующей и агрессивной бездуховности бытия.

Характерным философским направлением в культуре этого времени был позитивизм. Он сделал ставку, опираясь на достижения в области науки и техники, на знания, и это было его сильной стороной. Но одновременно он требовал эмпирически точного описания явлений без проникновения в их сущность, и это была его слабая сторона. Неудовлетворенность позитивизмом испытывали философы, писатели и ученые всех стран. Так начинается беспощадная критика позитивизма в России и в Европе (Вл. С. Соловьев, Ницше, Бергсон и др.).

В литературе происходит значительное расширение литературных связей и постоянный обмен художественными идеями. В общемировой литературный процесс втягиваются страны, которые раньше не играли существенной роли в судьбах мировой культуры. Многие страны как в Европе (Финляндия), так и на Востоке и в Америке создают национальные литературы на родных языках.

Основное содержание литературного процесса выражается в первенстве реализма среди других литературных направлений. Реализм победно шествует по всем развитым литературам мира, тогда как романтизм уступает ему место и из господствующего, доминирующего направления отходит на периферию литературного развития. Это не значит, что среди романтиков не появляется крупных авторов или выдающихся произведений. Это означает лишь, что реализм распространяет свое влияние на все литературы и на все жанры. Романтизм все больше корректируется реализмом и вступает с ним в сложные отношения. Реалисты не только отвергают романтизм, вступая с ним в споры, но во многом наследуют его традиции, в частности продолжая тему антибуржуазности. Романтики, в свою очередь, также учитывают реалистические открытия. Так, в романтических произведениях уже нет титанических личностей, в их произведениях не меньше картин нищеты, грязи, страданий, чем в сочинениях реалистов. Скептическое отношение к гибнущим или попранным романтическим идеалам приводит романтиков либо к безнадежному отчаянию, либо к эстетизму, как это случилось с парнасцами (Верлен, Малларме, Леконт де Лиль, Жозе-Мария де Эредиа и др.). Вместе с тем поэты (Бодлер, Верлен, Рембо), не порвавшие с романтизмом, освобождали поэзию от устаревшей риторики и преобразовывали стих.

Во второй половине XIX века основным жанром становится роман, а к концу столетия на первый план выходят рассказ и новелла, небольшие по сравнению с романом жанры прозы.

В эти годы в острой иолемике с романтизмом формируются основные эстетические принципы реализма. Европейский реализм внимательно изучает буржуазное общество (Стендаль, Бальзак, Диккенс, Флобер, Мопассан, Т. Гарди и др.), не приемля его устоев. Вместе с тем западноевропейский реализм становится все более пессимистичным. Раскрывая разные виды зависимости человека от среды, от обстоятельств (обусловленность человека историческими, социальными, экономическими и иными обстоятельствами называется социально-историческим детерминизмом), писатели отвергают мысль о неограниченных возможностях человека в обществе и изображают ее как пустую романтическую иллюзию, которая неизбежно заканчивается крахом. Сама среда, сами обстоятельства не мыслятся результатом усилий людей и отдельного человека.

Отрицая возможность вмешательства человека в действительность, писатели проявляют активное начало в той области, куда общество не имеет непосредственного доступа. Речь идет о стиле письма, который достигает совершенства (Флобер, братья Гонкуры).

Реалисты значительно расширили сферу художественного изображения, обратив внимание на жизнь тех слоев общества, которые считались низкими. В их произведениях каждый человек был окружен специфическим предметно-вещественным миром, особой атмосферой. Точно так же и строй чувств героев и персонажей подвергался тонкому анализу, который выявлял едва уловимые изменения внутреннего состояния. Несколько меняется и характер письма: роман строится как «история жизни», причем ее самодвижение не поддается строгому упорядочению и развивается самопроизвольно. Писатели-реалисты в большей степени, чем их ранние собратья, стремятся к сохранению жизне-подобия и избегают гротеска, фантастики, преувеличений и заострения образа.

В ходе своего развития реализм выдвинул принцип натурализма. Опираясь на философию позитивизма и оставаясь верным реальности, он преследует главным образом цели описания, фактографической точности, объективности в передаче явлений действительности, но отказывается от попыток выявить закономерность и проникнуть в сущность явлений. Как правило, действительность предстает суммой или совокупностью случайностей, не подчиненных никакой необходимости и лишенной типичности. Вследствие этого в натурализме изменяется и понятие исторического и социального детерминизма. Автор, следующий принципам натурализма, подчеркивает в основном физиологическую обусловленность характера, которая проявляется в наследственности. Однако крупные писатели, причислявшие себя к теоретикам и практикам натурализма (Золя, например), обычно не соблюдали установки метода и выходили за его рамки.

В России окончательное формирование реализма относится ко второй половине XIX века. Значение литературы у себя на родине и за ее пределами необыкновенно возрастает вследствие того, что она выполняет задачи не только собственно литературного, но и общественного развития. Несмотря на возражения сторонников «эстетической критики», почти все крупные писатели были не только литераторами, но и общественными деятелями, «пророками», жаждавшими социальных и нравственных преобразований и перемен. И может быть, литература больше служила делу воспитания общества, чем сугубо профессиональным интересам. В этом заключалась одна из особенностей нашей словесности, которую позже подчеркнул А. А. Блок, имея в виду свое поколение: были поэтами, а хотели быть пророками. Если даже писатель лично не участвовал в общественном движении, то всем «сердечным смыслом» творчества он был в гуще событий и идей своего времени. И русский читатель отзывался на это участие и соучастие писателя в его судьбе: журналы, в которых появлялись общественно значимые литературные произведения и суждения критики о них, зачитывались до дыр, а похороны писателей превращались в общенародные демонстрации.

Именно положительное содержание и масштабность идей, выдвинутых писателями-реалистами, стремление решить проблемы всемирно-исторического смысла, вера в безграничные силы и возможности русской национальной жизни духовно поднимала человека над нищетой, грязью, уродством действительности, над ее «прозой» и вселяла надежду на преображение бытия и каждой личности.

Для русского реализма, как и для западноевропейского, главным жанром был роман, в котором достоверно изображался человек, его предметный мир, его повседневная жизнь. Погружаясь во внутренний мир человека и постигая его глубины, писатели совершили множество художественных открытий как в области понимания мира, так и в области самой литературной формы. Если в ряде произведений западной литературы общество предстает неким стабильным, устоявшимся и успокоившимся организмом, то в русском романе общество — это сфера духовных исканий, конфликтов, нескончаемых споров, имеющих по большей части живую перспективу. Для передачи смутных, неосознанных движений сердца русская литература обогатила мир внутренним монологом JI. Н. Толстого, его «диалектикой души» и глубинным психологизмом Ф. М. Достоевского, вскрывшего пропасти и противоречия сознания.

Иначе, чем в европейском романе, русские писатели понимали и сущность исторического и социального детерминизма. Во-первых, герой всегда несет полную меру моральной ответственности. Каково бы ни было влияние среды и обстоятельств, оно не имеет в конечном итоге решающего значения, потому что формирование характера связано не только с ближайшим окружением, но и с национальной и мировой историей. Задача, стоящая перед писателем, заключается не столько в том, чтобы «вписать» героя в среду, сколько в том, чтобы сделать его частью всемирной истории, всего бытия и превратить самый обыкновенный персонаж в личность, несущую в своем внутреннем мире сгусток мировых проблем. В этом случае жизненная позиция героя проверяется в драматической коллизии с разных — идейной, моральной, практической — точек зрения. Эта ситуация «духовной проверки», свойственная, например, романам И. С. Тургенева, свидетельствует о бесконечном уважении к человеку, способному, несмотря на падения, подняться и стать лучше, чище, благороднее, добрее и милосерднее.

В конце XIX века на горизонте русской изящной словесности появилось новое направление — символизм, но своих значительных успехов оно достигло уже за пределами изучаемой нами литературной эпохи.

Таким образом, историческое развитие в XIX столетии завершилось в 1914 году, а литературное — в 1890-е годы, открывшие новый литературный век. Этот период делится на два больших отрезка — 1850—1870-е и 1880—1890-е годы.

 

Рейтинг@Mail.ru